Інформаційне агентство УНТ
Українське Народне Телебачення
Головне в Україні

«В день убийства отца провожал человек, который работал с Ахметовым. А встречать должен был партнер Таруты», — Евгений Щербань-младший

«В день убийства отца провожал человек, который работал с Ахметовым. А встречать должен был партнер Таруты», — Евгений Щербань-младший
3176 ПЕРЕГЛЯДІВ

Личность украинского олигарха Р. Ахметова уже не сможет восприниматься вне контекста убийства Е. Щербаня и «дерибана» его бизнеса. 3 ноября 1996 г. Евгения Щербаня расстреляли в Донецке у трапа его собственного «Як-40». Как следует из фильма «Наследник», который «Громадське ТВ» выпустило в декабре прошлого года, Ахметов оказался основным выгодополучателем этого преступления – отняв у семьи «друга» лучший кусок наследства, он возвел на этом фундаменте свою «Систем кэпитал менеджмент».

Об этом сообщает DEDAL

Спустя 16 лет начался процесс, в котором Юлию Тимошенко обвинили в «заказе» Щербаня, и допрошенный совладелец «ИСД» (Индустриальный Союз Донбасса) Сергей Тарута заявил под присягой, что убитый Щербань основал эту корпорацию, но его долю переуступили. «Было принято решение о безоплатной передаче его части в 80%», — сказал свидетель. О чём, возможно, позже пожалел. Ведь устранение Щербаня сделало богаче и Сергея Таруту тоже. Уже в 2019 году, будучи кандидатом в Президенты, Тарута заявил, что «ИСД» стала империей только в 2002 году, а раньше не представляла ценности.

В расследовании «Громадського», утверждается, что Е. Щербань был самым богатым украинцем, а «ИСД» уже в 1996 г. «тянула» на миллиард $. Компании, созданные Щербанем, занимались производством и продажей металла, поставками газа и нефтепродуктов, строительством и финансовыми операциями. И одна из них – «Гефест», которая опосредовано была учредителем «ИСД», перешла к Ахметову под предлогом возврата долга. В суде Тарута пояснил, что решение о передаче актива принималось без наследников — на уровне менеджмента: «Котельников подписал». В финале фильма «Наследник» бывший директор Виктор Котельников признал, что участвовал в незаконном отчуждении.

После выхода фильма сыновья убитого заняли кардинально разные позиции: средний — Руслан Щербань обвинил старшего в том, что тот шантажирует «великого человека» Рината Ахметова. А старший – Евгений Щербань (на главном ФОТО) продолжает разоблачать.

- В недавно вышедшей книге донецкого журналиста Д. Казанского есть такое: «В 95 году в Донецкой области появилась компания «ИСД», её создателем стал Виталий Гайдук, который пришел на должность зам. губернатора Донецкой области. Одним из совладельцев был Р.Ахметов, которому в итоге и достались основные активы. Сначала «ИСД» никаких активов не имела вообще». Как вы это прокомментируете?

- Информация о том, кто создавал «Индустриальный Союз Донбасса», очень противоречива и зависит от источника. Велико искушение назвать себя основным совладельцем. Что и говорит С. Тарута. Я считаю, что одним из основных создателей, кроме моего отца, был А. Момот (убит в Донецке 16 мая 1996 г – прим. Ред). Хотя и Гайдук сыграл роль. Как и в этой книге, Тарута любит говорить, что активов на момент убийства моего отца «ИСД» не имела. Но активы это все ресурсы, находящиеся под контролем компании: уставной фонд, команда, контракты. В декабре 1995 «ИСД» возникла, а с апреля 1996 начала реализовывать столь мощную программу, что на момент гибели отца имела около миллиарда долларов в обороте. В одном из допросов Тарута сказал, что дебиторская задолженность гораздо превышала кредиторскую. Так что Сережа Тарута нечестен, ему есть что скрывать.

- Большое внимание в фильме уделяется компании «Гефест» — почему она была ключевой?

- Компания «Гефест» был создана в 1994 году. Я, мой брат Руслан и Надежда Никитина (гражданская жена убитого, погибшая вместе с ним – Прим.Ред) были в учредительных документах «Гефеста» (через украинскую компанию «Донецкое региональное производственное объединение Центр»). Соучредителем была и американская компания, которой владела убитая Надежда Николаевна. Эта американская компания вложила в «Гефест» почти 5 млн. долл. «Гефест» был учредителем 8 компаний, и одна из них — «Азовимпэкс» — входила в число учредителей «ИСД». Доля отца в «ИСД» была через «Азовимпэкс» и ещё одну украинскую компанию. Всего «Азовимпэкс» владела 6-ю компаниями. И, таким образом, отняв «Гефест», Ринат забрал у нас 14 компаний, и в том числе «ИСД».

- Поговорим о качестве следствия по делу об убийстве. Впечатление от фильма – все причастные к расследованию петляют и отмазывают Ахметова. Вам так не показалось?

- Следствие проведено ненадлежащим образом. До ноября 2019 года мне не давали возможности ознакомиться с делом. А когда я получил доступ, прозрел. Впечатление, что никто не стремился дойти до истины. Противоречий в показаниях масса. Как будто допросы проводили студенты, или подыгрывали тем, кого допрашивали. Воспроизведения не соответствуют картине.

Встречающих отца в аэропорту было много — таможенники, вооруженные пограничники — это же режимный объект. Директор «Авиалиний Донбасса» (компания называлась «Донбассаэро» и существовала с 1991 по 2013 г – Прим.Ред.) тоже встречал отца, но странно себя повел – он ещё до расстрела начал уходить. Хотя его машина с водителем осталась.

Следственно-оперативную группу больше всего интересовало содержимое отцовского портфеля. Первый вопрос: «Где портфель?». В это время уже был оцеплен офис отца в ДК им. Франко и шла выемка документов. Через полчаса после того, как отца убили, начался обыск практически на всех предприятиях…

- Кто проводил расследование?

- Генпрокуратура, транспортная прокуратура. Николай Обиход, Юрий Тараненко (которые дали интервью в фильме «Наследник»), Николай Дробиняк. Есть сомнения в их чистоплотности. Явно избирательно велось расследование — велось с 1996 года, и так и не окончено… Из претензий к качеству расследования следуют сомнения в результатах. У меня есть сомнения относительно версии «Павел Лазаренко – заказчик», хотя на этом настаивают люди, которые проводили расследование. Но г-н Лазаренко сам должен включиться в свою защиту.

- Можно ли считать, что главные герои вашего фильма — Тарута, Ахметов — должны быть и главными подозреваемыми в убийстве?

- У меня есть список людей, которых следует допросить, и Тарута там первый. Ахметов тоже есть в этом списке. И много ещё других людей. Надеюсь, что мы встретимся с ними у следователя. Л. Кучма тоже мог входить в число «заказчиков». Могут быть причастны и какие-то другие лица из российской и украинской власти.

- Вы говорили, что следователь Евмин, допрашивая вас, вписал в протокол отсебятину на Юлию Тимошенко…

- Это стало отправной точкой для собственного расследования. Спасибо Анатолию Евмину за то, что фальсификацией протокола меня шокировал. После этого допроса я разозлился. А если б не Евмин, может, спал бы до сих пор.

- Расскажите о вашем расследовании подробнее.

- После допроса С. Таруты по делу Юлии Тимошенко в суде в 2012 г. была встреча в его офисе в Донецке, потом в Киеве. Я поймал Таруту на лжи. По его словам, планам «ИСД» зарабатывать помешало постановление о фиксированной цене на газ. Но это постановление вышло в декабре 1995 года, а отчет Таруты, которым я располагаю, указывал плановые доходы на 1 сентября 1996 года в размере 25 млн. долларов. Мой брат Руслан сказал, что Ахметов хочет нам помочь в установлении истины, и, если есть претензии к Таруте, он готов повлиять. Я уже чувствовал, что тут не все чисто, но подыгрывал. Параллельно встречался с менеджерами в присутствии адвоката, задавал вопросы. Так постепенно выяснял, что представлял собой бизнес отца в 1996 г. Анализировал, что было у нашей семьи, и что Ахметов получил под свой контроль.

В 2014 году мы с братом составили обоснованное, но немного эмоциональное письмо, адресованное Ринату Ахметову, где «скромно» написали претензию в миллиард долларов. Под этой цифрой расписался не только я, но и Руслан. А теперь он говорит, что дружит семьями с Ахметовым тридцать лет. И что все вопросы с Ахметовым были урегулированы ещё в 1997ом.

- Ахметов во время следствия не допрашивался?

- Его показания в деле есть. Но я не могу их разглашать.

- В вашем фильме чувствуется перекос в сторону Таруты. А ведь он скорее исполнитель?

- Тарута многим обязан нашему отцу. Ещё до создания «ИСД» отец пригласил его на работу в «Азовимпэкс», который являлся соучредителем корпорации «ИСД». И этот человек после гибели отца так себя повел… Проживая рядом, в нашем семейном доме, занимаясь отцовским бизнесом, не стал вводить в курс дел ни Руслана, ни меня. Я даже где-то наивно полагал, что это потому, что мы пока не готовы… Но вместо этого сразу начался контролируемый процесс по захвату бизнеса, скоординированная работа по отчуждению, в которой участвовали Ахметов и Тарута. Появилась версия: «Семья Щербань не имела отношения к «ИСД».

Помните фрагмент, с которого начинается фильм – стоя на сцене, Тарута мне говорит: «Не нужно придумывать истории, никакой доли мне никто не дарил, я стал акционером «ИСД» после гибели вашего отца. А в Лондонском суде (где был спор между ним и его партнёром Гайдуком) он уверял, что у него с братом ещё в августе 1996 года были в «ИСД» 35% — через «Азовинтекс».

Уточнение: Один из учредителей «ИСД» — внешнеэкономическое предприятие «Азовимпэкс» основанное Е. Щербанем — существует с июля 95 года. Данные аналитического ресурса «Юконтроль» говорят, что главным учредителем «Азовимпэкса» на момент его создания была компания «Гефест» (89%), которая тогда называлась СП в форме ООО «Гефест», а остальное принадлежало СП «Миал ЛТД». Сергей Тарута появился в числе учредителей «Азовимпэкса» уже после убийства Щербаня, а именно – в 1998 году, одновременно из числа учредителей исчезла компания «Гефест». В июне 1996 года было образовано предприятие с подобным «Азовимпэксу» названием — «Азовинтэкс». В нём у «Азовимпэкса», как у учредителя, были 28%, а Тарута и его брат имели на двоих 39%. На сегодня в обоих компаниях Сергею Таруте и его брату принадлежит по 50%. В википедии, на странице посвященной С. Таруте, на основе его собственных заявлений в СМИ, возникла путаница с похожими названиями двух компаний. Там говорится, что в 1995 году Тарута стал соучредителем «внешнеторговой фирмы «Азовинтэкс», хотя это предприятие было создано годом позже и является проектно-строительным, а не внешнеторговым. «Азовимпэкс» и «Азовинтэкс» до сих пор входят в группу «ИСД». По данным СМИ, в начале 2010 года контрольный пакет акций корпорации «ИСД» выкупила у Таруты группа инвесторов из РФ, однако по данным ЕГР бенефициарами корпорации так и остались Сергей Тарута и его партнёр Олег Мкртчан. — Прим. Ред.

- В вашем фильме есть ответ: «Ринат все решал». Сам Тарута не посмел бы вас «кидать» Может, как ему Ринат указал, так он и сделал? Исполнительный человек…

- Но как же в таком случае он может говорить, что «опыляет ценностями всех, с кем работает»?.. Он-то, может быть, и исполнитель воли Ахметова (как вы говорите), но причём тут ценности?.. В суде ему задали вопрос: «Вы знаете, что наследникам практически ничего не досталось?». На что он ответил: «Ну, насколько мне известно – ребят не обидели». Представьте, насколько это глупейший ответ: он жил с нами по соседству в селе Красное (под Донецком). Что ему мешало выяснить это у нас?

Таруте отец предоставил для проживания семейный дом. Отдельная история – то, как его из этого дома «выкуривали». Тарута отказывался покидать наш дом до сентября 1997. Соврал, что выкупил его у отца, отдал деньги, но забыл переоформить. А через пару недель после того как он всё-таки выехал, произошла та ситуация на трассе – нас обстреляли с партнёром отца Юрием Дедухом. Я не говорю, что это связано, но покушение явно было совершено не из-за женщины Дедуха (такую версию высказал мой брат в интервью Д. Гордону).

- Насчет ценностей – это просто слова, никто не скажет о себе плохо. Включая Ахметова – в его официальной биографии все идеально, за исключением ответа на вопрос, как заработал первый миллион.

- Зато мы знаем, как заработал свой первый миллион Сережа Тарута. Рассказанный им анекдот – «Для стартового капитала нужен хотя бы стартовый пистолет» – это о нём. Стрелял ли Сережа сам – отдельный вопрос. Но все серьёзно…

Кстати, в 2017 году этот «исполнительный человек» на 1+1 рассказал, как его «заказывал Женя Щербань». И из-за этого мы с ним судимся уже третий год:

При жизни отца Тарута никогда не называл его Женей – а в 2012 году в суде внезапно начал называть. Вот поэтому и я теперь называю его Сережей… Между отцом и Тарутой никогда не было панибратства. Была дистанция, были отношения: руководитель – подчинённый.

- В конце фильма вы обещали новую волну расследования. Есть ли подвижки?

- Есть 2 дела касательно убийства отца. Одно почему-то оказалось в столичной полиции, а второе – у НАБУ. Мы ждём ответа на запрос из полиции. И подали ходатайство в НАБУ. После фильма общался с детективами, и показалось, что пытались водить меня за нос, пока не пришел с адвокатом.

Дело об убийстве не окончено, и у меня принципиальное желание дать ему ход. Допросить Сережу Таруту – первая задача. Но пока мне ответили в НАБУ, что по определенным причинам сделать этого не могут. А по тем материалам, которыми я владею, если Сережу допросить, можно будет сразу его и задержать.

- Что даёт вам основание так говорить?

- Мы нашли несколько пачек контрактов, проанализировали архив отца, показания свидетелей. Таких, как аудитор Тамара Александровна Дорофеева.

Вот эти отчеты Таруты (показывает бумаги – Прим.Ред), которые он делал для моего отца. Это почерк Таруты, написано: «Щербаню». «Ожидается возврат суммы в 2,4 млн. долл.». 25.10.1996 г. — за неделю до убийства отца. Речь о производстве металлопродукции на экспорт. А Тарута в ряде интервью уверяет, что у «ИСД» не было прибыльных программ… Эта программа – только одна из них.

А вот отчет за май 1996го (достает ещё одну бумагу – Прим.Ред). Осенью как раз должен был состояться «сбор урожая» — поступления и от производства металлопродукции, и от многих программ. Но как раз в этот момент убивают отца и Надежду Николаевну, и возникает вопрос: а как же поступили наши менеджеры — помощники отца, которые писали отчеты? Куда девались прибыльные программы и «урожай»?

- Вашего отца и его жены не было в Украине много месяцев. И вот он прилетел в Москву – по приглашению Кобзона. А оттуда — в Донецк. Хотя его отговаривали. Зачем? Почему он стремился в Донецк?

- Где-то плюс-минус за неделю до убийства, по-моему из Франции, мне позвонил отец и спросил: «Ты нас предал?». Он что-то знал… Насчет причины поездки — отец занимался созданием ещё одной компании, которая должна была заниматься поставками газа. Я знаю женщину, которая готовила эту компанию. Ей отец позвонил, сказал: «Буду в Красном в три часа, приезжай, обо всём договорено». Отец летел с серебряной свадьбы Иосифа Кобзона. И, учитывая его связи, не исключаю, что были какие-то встречи с Ремом Вяхеревым в Москве. Кобзон был знаком с Вяхеревым, который был тогда председателем правления «Газпрома».

Тут ещё другое интересно — отца провожал человек, который тогда работал в Москве, а потом тесно работал с Ахметовым. Он непосредственно привез отца в аэропорт. И он знает о том, какие у нас украли контракты, но уверяет, что ничего не помнит.

- Расскажите о встрече в «Люксе», когда Ахметов вынудил вас отдать «Гефест». И что там было – в документе, который Ахметов предъявил вам с братом, указывая на долг?

- Через три месяца после убийства отца Ринат пригласил в «Люкс» меня и Руслана, и предъявил несуществующий долг. В бумаге за 17 октября 1995 года говорилось: менеджер Каратун принял от Евгения Алксандровича Щербаня 5 млн. долларов и от Рината Леонидовича Ахметова 5 млн. долларов под такую-то программу. И менеджер отца Владимир Каратун, этот «долг» подтвердил (Владимир Каратун был экс-президентом корпорации «Атон» Щербаня, после убийства он 10 лет работал на Ахметова, сейчас живёт за пределами Украины, в 2013 г. в интервью «Форбс» отказался отвечать на вопрос: что случилось с долей Щербаня в «ИСД», но сообщил, что Ахметова и Щербаня связывал металлургический бизнес, который был паритетным – Прим.Ред). Каратун управлял у отца производством металлопродукции, а после убийства перешел на работу к Ахметову. Он сказал, что в компании были деньги Рината, но теперь их нет, потому что наш отец сказал эти деньги выводить. Что дало Ринату повод вот так постучать по запястью: «Ребятки, график погашения», и уйти не прощаясь.

- А тогда вы не подумали, что этот Каратун мог только что состряпать эту бумагу?

- Нас просто «развели». Но это стало понятно позже, а тогда было доверие к Ахметову, было доверие к Каратуну… Если представить, что действительно отец вместе с Ахметовым куда-то вложил, и вот не стало отца, мы в той же мере имели право спросить: «А где же наши 5 млн. долларов, Каратун?».

Я и тогда с этим «долгом» не согласился. Ответил: «По бумагам вроде получается, но…». И уже это настолько не понравилось Ахметову, что он покраснел и вышел. Одним этим движением (показывает постукивание по запястью) – он забрал у нас «Гефест», мега-прибыльный бизнес по производству металлопродукции, «ИСД», «DCC»… «Друзья» отца продолжили получать сверхприбыли. Ринат взял под контроль весь бизнес нашей семьи, со всеми наработками. А Сережа Тарута получил в подарок от Ахметова большую часть корпорации «ИСД». Но отчуждение произошло без нашего участия. Как сказал в суде по этому поводу Тарута: «Решение принимали юристы».

- Что у вас есть на Ахметова, кроме воспоминаний о вымогательстве долга?

- Пусть это будет сюрпризом.

- Сколько у вас было встреч с Ахметовым?

- Две или три. После покушения на нас с Юрием Дедухом, когда погиб охранник в машине сопровождения, а наша машина была прострелена — появилась информация о том, что это якобы исходит из «Люкса». И мы с Юрием Дедухом поехали на встречу с Ахметовым в «Люкс». «Может, нас напугать хотели?», — прямо спросил Дедух. И Ринат ответил, что так не пугают.

Затем исполнителей покушения нашли, и это оказались достаточно известные ребята… — они сотрудничали с «ИСД» и с Тарутой. Бойцы его партнёра, с которым Тарута имел завод по розливу воды. Этот партнёр был в неформальной охране у моего отца. И в день убийства должен был встречать отца, но не поехал в аэропорт. Сказал, что забыл дома телефон… Вот такое стечение обстоятельств. Одна из многих «странностей» этого дела.

- Каким, по вашему мнению, был наиболее вероятный мотив убийства?

- Большой бизнес и большая политика. После убийства произошел целенаправленный разрыв бизнеса, который создавал отец. А с точки зрения политики амбиции отца, его «Либеральная партия» и прогрессивные взгляды, могли не нравиться Леониду Даниловичу (который в 1999 году во второй раз стал Президентом).

- Что вы думаете о версии бандитского «общака» из Москвы, который братва хотела вложить в предприятия Донбасса, и который ваш отец и его партнёр Ахать Брагин передумали брать? По этой версии И. Кобзон был посредником между московскими и донецкими, вел переговоры…

- На мой взгляд, так пытаются отвести подозрение от кого-то. Семь лет занимаюсь расследованием, и если б там были 80 млн. долларов («общак») — их следы были бы заметны.

- А что означала знаменитая фраза вашего отца: «Для нас сегодня опаснее всего деньги России. Они готовы захватывать наши фабрики, заводы только с той целью, чтобы куда-то вложить свои деньги. Они будут вымывать наши сырьевые и финансовые ресурсы, а мы — превращаться в рабочую силу»?

- Отец отдавал предпочтение западным инвестициям, считал, что, если в украинскую экономику будут инвестировать российские деньги, это будет опасно для Украины. Компании «Агродон» была открыта кредитная линия в сто с лишним млн. долларов. Какая-то сумма была получена в виде сельскохозяйственной техники «John Deere». В одном из интервью отец рассказывал, как коммунисты жаловались: «Как это – тебе дают деньги. А нам нет?». В те времена коммунисты были представлены в ВР достаточно мощно.

- В один день с вашим отцом в Москве был убит американец Пол Тейтум, которого в СМИ называют партнёром вашего отца. Есть ли, по вашему мнению, связь между этими преступлениями?

- Американские инвестиции были в 4 компаниях отца: «Гефест», «Агродон», «Финансист» (компания занималась поставками сырья на завод «Азовсталь» и производством металла), «DCC» («Цифровая сотовая связь»). Их собственниками были члены нашей семьи. Пол Тейтум в процессе моего расследования мне не попадался. Хотя о связи с ним я читал, нет ничего, что бы указывало на неё документально.

- Ваш брат сейчас ваш главный оппонент. А известно ли вам что-то о том «случае на охоте», который может быть ключом к пониманию позиции Руслана? Имею ввиду уголовное дело об убийстве в заповеднике, которое сделало вашего брата уязвимым.

- Я в курсе, что такая ситуация была. Но мне Руслан сказал, что он к этому отношения не имеет. Сейчас он говорит, что я шантажирую Рината, но мы с ним поначалу вместе делали расследование. Вместе подписывали претензию к Ахметову. А потом каким-то коварством Руслана убедили развернуться на 180 градусов и говорить на всю страну, что я шантажирую человека, с которым, по его словам, Руслан дружит 30 лет. Ещё до премьеры мой брат у Гордона разместил своё мнение о фильме: «домыслы слабого, зависимого человека, который решил продать память об отце подороже».

Руслану предлагали участвовать в фильме, он отказался и за неделю до фильма ударил в спину. Вот, пожалуйста – я сделал тест на 10 наркотиков, хотя у меня никто его не спрашивал, посмотрите (показывает результат тестирования – Прим.Ред). Негативный. Если б брат хотел быть корректен, он бы сказал: «У Евгения были проблемы на определенном отрезке жизни, и он уделял бизнесу меньше времени, чем я». Но он говорит, что он меня содержал – это низко и неправда. Что его сейчас заставляет врать – не знаю.

- Адвокат киллера Болотских Дмитрий Поезд говорил, что в Генпрокуратуре даже имя Ахметова боялись произносить. Почему вы не боитесь вызывать огонь на себя?

- Какое-то время назад я боялся даже о чем-то задуматься. Но за семь лет расследования чем глубже осознавал, что произошло, тем больше трансформировался. Теперь мне кажется страшнее к концу жизни обнаружить, что я струсил. Мною движет поиск справедливости и долг перед отцом.

- «Наследник» — это «заказуха на Ахметова», Евгения Щербаня используют могущественные силы. Это популярное мнение среди обывателей. Можете прокомментировать?

- О каких-то конкретных заинтересованных мне ничего не известно. Я сам себе режиссёр, и у меня нет «хозяев». Хотя уверен, что сил, заинтересованных в ударах по Ахметову и Таруте, немало. Но меня интересуют не они. Я знаю свою задачу. Знаю, по кому я наношу удары, и делаю это публично.

- Ваш брат сказал: «Я уверен, что его кто-то начал финансировать. Потому что этот фильм стоит порядка $300 тыс. У него нет таких денег» — о вас. Что вы на это скажете?

- Деньги на фильм «Наследник» были потрачены редакцией «Громадське ТВ». А я разве что на кофе потратился. Так что я чист. Могу ещё раз повторить – и Руслану, и Ахметову, и Таруте, и их адвокату Геннадию Москалю – всей компании: «С любым из вас готов на детектор лжи». Я готов. А вы?

Татьяна Заровная, для ОРД

Теги: Евгений Щербань,ИСД,Руслан Щербань,компания Гефест,Ринат Ахметов,Наследник,Азовимпэкс,Олег Мкртчан,Сергей Тарута,Индустриальный Союз Донбасса,Виталий Гайдук,Систем кэпитал менеджмент

Передрук матеріалів, використання фото, відео дозволяється тільки за умови посилання на «Інформаційне агентство УНТ» та зазначення автора. «Інформаційне агентство УНТ» не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Редактор: redaktor@unt.ua

© 2018 Інформаційне агентство УНТ Українське Народне Телебачення

Мої відео